«Сороковник» - возраст достаточно матёрый и уже можно подводить кое-какие итоги.
Наблюдаю как-то по телику ужасную картину (волосы дыбом!). Финские школьники на уроке естествознания под руководством учительницы обувают резиновое изделие на макет «этого самого мужского», что по-русски и не скажешь при дамском обществе. Привыкать надо ко всему, так нынешняя жизнь велит. Вот я и кумекаю, что там, «за бугром» не делают тайной взаимоотношения полов и всерьёз берутся за проблемы спида и других нехороших болезней.

Любоф-ф - штука каверзная ))

А куда деваться-то?! Мне даже понравилось быть таковой! … Мужчину полюбишь, когда узнаешь его, а разлюбишь, когда узнаешь слишком хорошо. Я узнала своего мужа вдоль и поперёк, сложились уставшие отношения и не более. Слоняется по квартире в старом свитере, в мятых штанах, с подтяжками поверх. Бубнит о пересоленных мною щах, о столовой тряпке вечно грязной в раковине. В магазин пошлёшь, так ведь тащит только то, что приказано. Всё! … А на углу нашего дома стоят бабульки с цветами в вёдрах. Хоть бы раз купил мне в подарок! Никогда!

Экзюпери сказал однажды:
несем ответственность за тех, кто приручен.
И жизнь – кораблик наш бумажный –
несется этим ручейком.

Остался в воздухе тот след
от мяты –
ты мяту собирать любила к чаю –
так вкусно оказалось –
я не чаял,
тот привкус
горьковато-сладкий
чая.

Так много говорил красивых фраз,
что ты устала, видимо, немного
и взгляд твой поволокою тревога
окутала –
усердный богомаз.

Весла суши -
на привале костер –
рядом рыбак на язык остер.

Отчего-то беспокойно -
свет струится от огня,
рядом с лесом воздух хвойный
видно, ошалил меня.

Дождь - дебют осенней смуты -
ну ты,
на тебе,
пришла!
Расплываются минуты
по листкам календаря.

Во дворе назревал скандал. И ладно, если бы дело шло о человеческих интересах – Сара Львовна выступала как истинная поборница Гринписа!
Стоя на балконе, она цепко держала в объятиях Сениного кота Мурзика, и было заметно, что ему это нравится. Однако почему-то вызывает протест Сени, владельца этого до предела истощенного истребителя балконных припасов. Сеня стоял внизу навытяжку и явно нервничал, так как кот никак не реагировал на его хриплое «кис-кис». Наоборот! Подлый предатель, Мурзик еще теснее прижимался к волнующейся груди Сары Львовны…

- Чтоб я так жил…чтоб я так жил, – обалдело вертя головой, восклицал Моня, втискиваясь в калитку вместе с Аликом, своим приятелем из соседнего двора.